Category: литература

Новая цитата

Я вижу, приведенный отрывок из архива был интересен, вывешу еще одну выдержку из письма Р.И.Пименова к А.И.Солженицыну 1975 года
"Мы-то с вами счастливы: мы пережили трагизм роковых минут, у нас не "автобиографии", но судьбы, однако было бы бесчеловечно желать всем таких судеб, толкать их к порогу безработицы или лагеря императивным "жить не по лжи". А чтобы изменился социальный механизм, выковывающий такие судьбы, надо уметь его описывать..."

Справедливости ради замечу: когда Р.И. был уже тяжело болен, депутатом РСФСР в 1990 г. он считал важной и ценной статью Солженицына "Как нам обустроить Россию" и опубликовал свой отзыв о ней в Росс. Газете. Интересно, что основное несогласие с теми мыслями АИ было - по украинской теме. Цитирую по памяти: "Я не так благодушно, как Солженицын смотрю на перспективу русско-украинских или великоросских-малороссийских взаимоотношений...", он не видел никакой перспективы для общей государственной жизни народов, в отличие от Солженицына (самого наполовину украинца, помнится), который тогда питал такие надежды.
Еще замечу: заповедь о лжи звучит не просто "не лги". Автор заповеди, видимо, знает, что это невозможно или бессмысленно. Заповедь точнее фомулирует запрет: "не приноси ложного свидетельства на ближнего своего" и с такой формулировкой не поспоришь.

Приглашаю в группу фейсбука, связанную с наследием Р. И. Пименова https://www.facebook.com/groups/223499148543755/

(no subject)

Разбирая архив Револьта Ивановича, наткнулся на его письмо 1975 года к А.И.Солженицыну, приведу отрывок:

И вместо того, чтобы поучать "Жить не по лжи", т.е. вместо того, чтобы вступать в конкуренцию с Богом, продиктовавшим Моисею шестую заповедь "не лги" еще три тысячи лет назад, вы бы лучше потрудились найти точные слова, дабы описать специфику советской идеологической лжи в отличие от лжи общемировой, от лжи вековечной. Человек всегда лжет. И писателю, умеющему взвешивать и выбирать слово, непростительно бросаться столь общим и расплывчатым звуком, которым пользуются все кому не лень...

Кстати, приглашаю познакомиться с группой в фейсбуке https://www.facebook.com/groups/223499148543755/

(no subject)

В конце года обещал передать в Сыктывкар, в "Револьт-центр" остатки библиотеки Револьта Ивановича. Грустно было это делать - книги сопровождали меня бОльшую часть жизни, и когда они снова встали на стеллаж в моей комнате - согревали мне душу, я сам не ожидал этого. Особую роль сыграли книги по математике - оставив занятия ею лет на 10 я не утратил хватку во многом потому, что время от времени их листал. Без них я бы не смог сделать эстетическую геометрию, не смог бы вернуться к математике.
Что ж, надеюсь в Сыктывкаре они тоже будут вдохновлять кого-то, давать плоды. Обаяние старой хорошей книги не исчезает и в эпоху флешек.

О фразе, погубившей миры

Вы знаете, какая фраза губит миры, один за другим? Это внешне безобидная фраза, исполненная, как кажется, доброй требовательности, ума и жизненного опыта. Ее сказал не злодей, не Мефистофель, не дурак, а безобиднейший (на первый взгляд) человек и писатель - Чехов.
"В человеке все должно быть прекрасно..." Я не привожу фразу до конца, дабы невзначай не погубить этим еще один мир.

Эта фраза меняет наш взгляд на человека, на прекрасное. Меняет непоправимо, если дочитать ее до конца, и губительно. Раньше мы встречали человека, замечали в нем что-то хорошее и радовались. А порой даже и что-то прекрасное замечали. Но прочитав мы поняли, поняли раз и навсегда: "прекрасным должно быть все...". И мы глядим уже иначе, мы ищем разоблачения: "тут ты хорош, и тут ты неплох, а тут даже прекрасен, но во всем ли ты таков, выдержал ли ты испытание этой благородной фразы до конца?
И мы находим! Читатель и зритель - они же упорны в поиске разоблачения, и благодаря Чехову они решили, что правы - они находят в чем же человек несовершенен, не прекрасен и даже плох.
Насколько мудрей были греки, сказавшие: "в здоровом теле здоровый дух - большая редкость".

Посредственность избавлена от такого разоблачающего анализа. Ничего, даже отдаленно похожего на прекрасное у посредственности нет, потому - никто и не ищет в чем же посредственность непрекрасна. Посредственность никто не хочет разоблачать. Так посредственность заполняет миры, а прекрасное встречает лишь повышенную требовательность к себе.

Дела семейные

Часть архива Револьта Ивановича побывала на даче и там подверглась разрушительному влиянию природы. Возвращенные из этой ссылки книги нуждались в заботе, и я, с некоторым успехом, применил нужные процедуры. Теперь с удовольствием наблюдаю, как они располагаются на стеллаже.
Листаю архивные материалы: дневники его деревенской ссыльной жизни, протоколы собраний по работе в филиале академии наук, трудовые документы - прошлое затягивает, подлинные детали истории. Общей истории и моей личной, частной жизни: "эту библию я помню с детства, она изымалась при мне на обыске, эта уборка поленьев в Затоне прошла с моей помощью..."
Сейчас все воспринимается не так, как раньше.

И, конечно, не обходится без анекдотов: вышел протирать книги во двор, чтобы вонь не распространялась по квартире. Подходит бдительный мужичок: а что вы здесь делаете, уходите, я вас и третьего дня тут видел. И нет никакой возможности убедить его - не было меня тогда.

Эксперименты с сознанием

Месяц назад садясь в поезд я купил "дорожную книгу" - обычно беру какой-то детектив, чтобы убить время. В ларьке все детективы показались мне слишком бессмысленными, взял неведомые мне "Цветы для Элджернона", вдохновившись преамбулой: "Книга включена в американскую школьную программу".
И - не зря, очень хорошая книга: смесь научной фантастики, философии, яркой интриги, грустного и динамичного рассказа об эксперименте с сознанием мыши и человека.

(no subject)

Вчера приятель попросил показать дом, где жила в Питере наша семья до ареста в 70-ом. Он хочет это использовать в своем фильме, к 60-ти годам он осваивает новое занятие - съемку кино, пока документального.
Я показывал, а в голове вертелись сюжеты из чтимой в семье поэзии Н.Гумилева: о заблудившемся в зоологическом саду планет трамвае с лицом как вымя, о "наводящей ужас пантере" и о несравненном праве выбирать свою смерть и прочие не совсем детские воспоминания детства. Я и сейчас люблю те стихи.

(no subject)

Прочитал скопом рассказы, фантастические и реалистические, Аллы Мелентьевой - очень хорошее впечатление. Умные, художественные, динамичные. Причем это рассказы о симпатичных людях, автор умеет заинтересовать не злодейством или безумием, а разглядеть интересное и неожиданное в обыденности, заинтересовать умом и благородством. Когда-то я чаще читал художественную литературу, и мне такого не хватало, я привык, что неглупый русский текст стремится обнажить "абсурд бытия", и, что еще хуже - поразить своим глубокомыслием, что мне порядком надоело.
По этим рассказам, думаю, талантливый режиссер с удовольствием снимал бы короткометражные фильмы. В них есть музыкальность, настроение, типажи и индивидуальность.

А вот "Девушки Достоевского" - странная книга. В начале почти ничего не происходит, но из этого "почти ничего" создается очень истеричная атмосфера и рисуется нервная сатира на питерские нравы. Потом происходит убийство и книга быстро заканчивается. В центре повествования строгая молодая девушка: если ей что-то рассказывают, она сердится, что занимают ее время ерундой, если ее слушают - она сердится, что из нее выпытывают информацию. У нее есть жизненные правила, но совесть, кажется, отсутствует. Мыслей и наблюдений у автора так много, что они толкаются в беспорядке.
https://www.amazon.com/kindle-dbs/entity/author/B00BZU4LZO?_encoding=UTF8&node=283155&offset=0&pageSize=12&searchAlias=stripbooks&sort=author-pages-popularity-rank&page=1&langFilter=default#formatSelectorHeader

О РЖМАТ

Аббревиатура расшифровывается "Реферативный Журнал (математика)" Когда-то он был очень важен, математики прошлых поколений любовно коллекционировали рефераты РЖМат на свои статьи. Не знаю, как обстоит дело сейчас. Знаю, что довольно многие мои статьи им замечены, отреферированы. Но это довольно странные рефераты - это в основном цитаты из моей реферируемой статьи или выступления на конференции. Отреферировано мое выступление о книге "Эстетическая Геометрия или теория симметрий", (путем цитирования), но не сама книга. Загадочен критерий отбора для реферирования. Приятно видеть свои собственные цитаты, повторенные референтом, но ведь хочется знать и независимое мнение о своей работе. В конце-концов - я ведь мог и ошибиться, я доверяю главным идеям и главным выводам своих работ, поскольку они подкреплены самыми разными, независимыми доказательствами, доводами, наблюдениями, но где-то в ходе мыслей может быть и ошибка. Интересно сравнить, что писали на эти темы другие ученые (а от реферата естественно ждать такого сравнения). Вотще я этого жду! Встречаю лишь цитату.
Впрочем, я понимаю референта: статья показалась ему стоящей внимания, или просто опубликована в журнале, статьи которого принято реферировать. Но что о ней сказать - я ведь всегда нахожу такие вопросы, которые раньше не задавались (как построить геометрию на основании ориентации? А на основании перпендикулярности?), а не дать ответ на уже заданный вопрос. Отношение к таким темам еще не могло сложиться, т.к. самой темы еще не было, по крайней мере в отечественной литературе (впрочем, обычно я не нахожу и в англоязычной, но все же мой кругозор ограничен и уверен тут я быть не могу). А высказывать свое личное мнение в неопределенной ситуации - захочет не всякий. Вот и ограничивается реферат - парой цитат из самой работы, благо я обычно ясно пишу, ради чего веду исследование, очерчиваю его рамки и результаты.

О себе и призвании

Я не очень понимаю речи о "призвании". Мне всегда думалось, что назвать цель своего бытия - значит сузить ее. Да и откуда мне знать верно ли я понимаю "свое призвание"? В детстве у меня получалась математика и затем сама-собой раскрывалась эта профессиональная дорога. Но она закрылась на какое-то время из-за Андропова (главы СССР в начале 80-ых). Затем я стал писать стихи, был и чувствовал себя поэтом. Но "поэтическое призвание" всегда казалось мне особенно странным: невозможно же заниматься только стихами. Затем я много судился в Москве и юристы говорили, что "вам надо этим заниматься...".
К математике я вернулся, когда мне было под 40 и эстетическая геометрия появилась у меня не по плану, а шаг за шагом - я отвечал себе на возникающие вопросы, описывал удивительные явления, открывающиеся мне. Доказывал теоремы, программировал, создавал видео-арт - каждый новый шаг был неожиданностью для меня самого. Такой же неожиданностью было и мое последнее трехлетнее исследование о "геометрии перпендикулярного".
Да, вот так, наощупь, "все формы наполняя как вода" я шел по жизни, попутно порой занимаясь общественно-политической деятельностью, кой-какие проекты были успешны, другие, хотя и были неплохи - заглохли в самом начале.
Ярко сказал о призвании лучший философ России последней трети 20-го века, Ю.С.Динабург. Точнее, он говорил о шарлатанах, и привел пример гнусного шарлатанства: "это когда человека убеждают, что знают его призвание лучше его самого".